Клиенты почти всегда приходят с размытым запросом. Это нормально.
В работе мы имеем дело не только с тем, что человек говорит напрямую, а с тем, о чём он на самом деле говорит. Если бы запрос был полностью осознан, человеку не понадобилась бы ни терапия, ни игра, ни сопровождение.

Поэтому проблема чаще всего не в запросе.
И не в том, что «у людей нет денег».

Во многих случаях причина лежит глубже — в позиции, из которой работает сам эксперт.

В своей практике и в работе с ведущими я всё чаще наблюдаю одну и ту же динамику: эксперт занимает по отношению к клиенту позицию родителя. Речь идёт не о терапевтическом процессе в узком смысле и не о работе с травмой, где ситуативная поддержка действительно может быть необходима. Я говорю о более широких форматах — трансформационных играх, авторских методах, сопровождении, где ведущий по умолчанию оказывается в роли того, кто «ведёт» процесс.

Когда ведущий занимает позицию родителя, клиент автоматически остаётся в позиции ребёнка. При этом не имеет значения, какого именно родителя — принимающего, поддерживающего или «хорошего». Суть не в качестве родительской фигуры, а в самой роли.

Родитель — это всегда тот, кто берёт на себя больше ответственности. В такой динамике клиент не присваивает ответственность за собственные изменения. А это неизбежно отражается и на финансовой стороне работы.

Клиент в позиции ребёнка не чувствует ценности процесса. Для него то, что делает специалист, воспринимается как нечто само собой разумеющееся. Он принимает, но не осознаёт, почему за это нужно платить. Если оплата и происходит, она часто сопровождается обесцениванием, задержками, разделением суммы на части и внутренним напряжением. Такая оплата не даёт ощущения ценности ни специалисту, ни самому процессу.

Позиция взрослого эксперта выстраивает другой тип контакта — взрослый с взрослым. Эксперт не занимает позицию «сверху» и не уходит «вниз». Он удерживает рамку, метод и процесс, возвращая клиенту ответственность за его выборы и изменения.

В этой позиции специалист способен выдерживать сопротивление, недовольство и попытки переложить ответственность — именно потому, что не берёт её на себя.

Важно понимать: здесь нет «плохих» или «хороших» клиентов. Есть разные позиции взаимодействия. И то, какие клиенты приходят в работу, напрямую связано с тем, как эксперт позиционирует себя — какую роль занимает, как презентует свою работу и как ведёт процесс после того, как человек уже пришёл.

Когда специалист берёт на себя больше ответственности, чем уместно, это неизбежно отражается и в деньгах.

Автор: Мария Денисовна